Смертный приговор Карфагену



Масинисса рассчитывал на аннексию пунической метрополии в качестве вознаграждения за многолетнюю верность римлянам. Но сенат опасался, как бы в один прекрасный день из массилского корня не вырос второй Ганнибал, способный превратить Карфаген в базу для новой войны против Рима. Будучи предоставлен самому себе, Карфаген неизбежно попал бы в руки агеллида. Ему оставалось быть нумидийским или не быть вообще. Сенат решил уничтожить Карфаген, но постарался при этом замаскировать свои интересы «юридическими увертками» (Ш. Сомань), которые, по его мнению, могли бы служить ему оправданием.

Карфаген почуял опасность. Он вынес смертный приговор инициаторам войны и попросил Рим сообщить свои пожелания. Сенат не ответил. Однако он приказал консулам переправиться с четырьмя легионами, четырьмя тысячами всадников и 50 пятипалубными судами в Утику, которая сдалась на милость победителя. По размерам войска Карфаген понял, что ему угрожает. Он согласился принять любые условия и, надеясь предотвратить карательную экспедицию, выдал 300 молодых заложников из знатных семей. Это, однако, не помешало римской армии высадиться в Утике и занять Castra Cornelia.

Прежде чем сообщить условия Рима, консулы потребовали выдать им 200 тысяч боевых доспехов, 2 тысячи катапульт и привести суда, которые они сожгли. Только сочтя, что всякая опасность устранена, они, наконец, объявили приговор сената. Карфагеняне должны были покинуть родной город и выстроить новый на расстоянии 15 километров от берега моря. Им предоставлялся выбор места и гарантировалась неприкосновенность храмов и кладбищ. Лицемерие, с которым навязывались эти обязательства народу моряков, придавало жестокости римлян еще более гнусный характер.